Рада з питань судової реформи

В.Беляневич: Логично сосредоточить все дисциплинарные производства во ВСЮ

В.Беляневич: Логично сосредоточить все дисциплинарные производства во ВСЮ

В самом разгаре работа Конституционной комиссии в части реформирования судебной системы и правосудия. Пока этот процесс сопровождается массой дискуссионных вопросов. Будут ли в Основном Законе упоминания о специализированных судах или закрепится система со специализацией судей? Установят ли систему судов из трех звеньев? Что будет с Высшим советом юстиции и наделят ли конституционным статусом ВККС? На эти и некоторые другие вопросы мы попросили ответить члена Конституционной комиссии, члена Совета по вопросам судебной реформы, адвоката, старшего советника ЮФ «Василь Кисиль и Партнеры» Вадима Беляневича.

— Вадим Эдуардович, известно, что 8 июня состоялось завершающее заседание рабочей группы по части изменений в раздел правосудие. Можно сказать, что текст законопроекта уже готов?

— Действительно, планировалось завершить обсуждение изменений в раздел «Правосудие» 8 июня. Однако работа еще не закончена. Следующее заседание рабочей группы назначено на 15 июня. Есть основания считать, что на этом заседании будет закончено обсуждение и согласование принципиальных позиций членов рабочей группы по включенным в повестку дня вопросам конституционных основ судебной системы.

О тексте законопроекта говорить еще рано — над ним идет работа параллельно с согласованием в рабочей группе принципиальных позиций по проблемным вопросам. Кроме того, не все удалось согласовать на уровне рабочей группы, и, возможно, они будут вынесены на решение общего заседания Конституционной комиссии. Таких вопросов немного, в основном рабочей группе удается достичь если не консенсуса, то, во всяком случае, достаточно высокого уровня взаимопонимания. Я не исключаю возможность еще раз вернуться к не согласованным ранее вопросам и найти общий знаменатель. Так, при обсуждении требований к кандидату на должность судьи мы достаточно быстро выработали общую позицию, что возрастной ценз следует увеличить до 30 лет, а по вопросу о профессиональном цензе мнения разделились практически поровну: одни настаивали на пятилетнем профессиональном стаже после получения полного высшего юридического образования, другие предложили семилетний. Мне кажется, этот вопрос не настолько принципиален в общем контексте предлагаемых изменений, чтобы не попытаться его еще раз обсудить в рабочей группе.

И, наконец, еще не обсудили вопросы о Конституционном суде, прокуратуре и исполнении судебных решений, что запланировано на следующее заседание 15 июня.

— Какие ключевые изменения или нововведения ожидаются?

— Изменения касаются практически всех аспектов конституционного регулирования судоустройства и статуса судей. Об увеличении возраста кандидата в судьи я уже упомянул. Все процедуры подбора судей планируется осуществлять на конкурсных началах, назначать судью на должность будет Президент по обращению Высшего совета юстиции. Кроме того, отказались от так называемого испытательного срока судьи — судья сразу назначается бессрочно. Парламент полностью устраняется от процесса подбора и назначения судей как политический орган. Согласовано, что судьям предоставляется функциональный иммунитет, уточнены и разделены основания увольнения судьи и основания прекращения полномочий судьи. Изменяются функции и порядок назначения членов органов, ответственных за формирование судейского корпуса.

— Давно говорят о дублировании полномочий ВСЮ и ВККС и возможном их объединении в единый орган. Предусмотрено ли это проектом (наработками) и возможно ли в целом?

— По этому вопросу была серьезная дискуссия. В итоге решено оставить два органа, однако проработать их функции с целью исключения дублирования полномочий. Создание ВККС на конституционном уровне не детализировано, это отнесено к уровню закона. Таким образом, как и ранее, существует только один конституционный орган в сфере формирования судейского корпуса.

— Какие полномочия будут у ВСЮ? Сохранится ли функция, касающаяся ответственности прокуроров?

— Окончательно согласованного перечня полномочий ВСЮ пока нет, возникли разногласия в части передачи во ВСЮ всех вопросов дисциплинарной ответственности судьи, как известно, сейчас ВСЮ имеет полномочия по рассмотрению дисциплинарных дел судей Верховного и высших судов, а вопросы дисциплинарной ответственности судей местных и апелляционных судов рассматривает ВККС. Логично сосредоточить все дисциплинарные производства во ВСЮ, однако единства в этом вопросе пока не было.

В целом ВСЮ наделен комплексом полномочий, начиная с предложения о назначении судьи и заканчивая его увольнением или прекращением полномочий. Что касается полномочий ВСЮ в отношении прокуроров, то этот вопрос также пока не решен.

— Эксперты разного уровня, да и Европейский суд по правам человека прямо указывали, что украинский ВСЮ имеет мало что общего с европейским институциями с подобным названием, поскольку не формируется судьями. Будет ли изменен порядок формирования ВСЮ или же его полномочия?

— Действительно, эксперты европейских институций высказывали замечания к порядку формирования ВСЮ, вплоть до предложений формировать его полностью из судей (судей в отставке). Не считаю, что такое решение было бы правильным. Рабочая группа выработала позицию, согласно которой больше половины членов ВСЮ — судьи (судьи в отставке), назначаемые судьями. Количество членов ВСЮ решено уменьшить до 19. Таким образом, в формировании ВСЮ участвуют: съезд судей (девять членов ВСЮ), съезд адвокатов (два), съезд ученых (два), конференция прокуроров (два), Президент (три) и Председатель Верховного Суда по должности.

— Вопрос по части адвокатуры: останется ли у съезда адвокатов право формировать ВСЮ? Обсуждался ли этот вопрос в рамках рабочей группы?

— Да, адвокатура в лице съезда адвокатов остается среди участников формирования ВСЮ, дискуссии по этому вопросу не было. Уменьшена квота съезда адвокатов, однако напомним, что хотя сейчас адвокаты избирают на съезде трех членов ВСЮ, но из них один — судья или судья в отставке. Поэтому считаю, что представительство адвокатов во ВСЮ не меняется.

— В начале конституционного процесса адвокатским сообществом обсуждался вопрос выделения в Основном Законе особого места институту адвокатуры (наравне с судом и прокуратурой). Появится ли в Конституции Украины новый раздел или же будут другие изменения с целью усиления статуса адвокатов (например, иммунитет от ответственности или монополия)?

— Важно, что рабочая группа позитивно восприняла предложения об усилении конституционных основ адвокатуры. Так, согласовано, что в раздел «Правосудие» будет включена специальная статья, посвященная институциональным аспектам адвокатуры. В разделе «Права человека» остается норма о праве на правовую помощь, но предложено уточнить — право на профессиональную правовую помощь. Положение о бесплатной правовой помощи тоже не изменится. Согласовано, что в разделе «Правосудие» будет содержаться указание на то, что вопросы организации и деятельности адвокатуры регулируются законом. Также согласовано, что в Конституции будет содержаться указание на гарантии профессиональной деятельности адвокатов, но положение о «функциональном иммунитете» адвоката пока текстуально не отработано. Поддержано предложение и о том, что защита от обвинения и представительство в судах осуществляются адвокатами. Эти вопросы требуют качественного текстуального оформления.

— Вы практикующий адвокат и известный процессуалист, поэтому не могу не спросить: будет ли изменена судебная система в части инстанций и специализации судов? Какой в целом вы видите судебную систему и решение вопроса разграничение юрисдикций?

— Эту тематику рано комментировать, потому что дискуссии еще продолжаются. Из всего комплекса вопросов построения системы судов пока согласовано, что судоустройство основывается на принципах территориальности и специализации, что должен быть один единый наивысший суд, основная функция которого заключается в создании единообразной судебной практики, что в Конституции не будет упоминания о местных и апелляционных судах. И это пока все. Не согласован вопрос о соотношении Верховного и высших специализированных судов, трех- или четырехзвенной системы судов, соотношении специализаций судов и судебных юрисдикций. Так, часть членов рабочей группы (надо подчеркнуть, немногочисленная) настаивает на необходимости выделения отдельной административной юрисдикции во главе с верховным административным судом, функционирующей параллельно с общими судами во главе с существующим Верховным Судом. Как при этом будет достигнуто единообразие судебной практики двух юрисдикций, никто внятно объяснить не может. И вообще, как вы считаете, наше общество позитивно воспримет создание отдельной административной юрисдикции при нынешнем состоянии административных судов и практике рассмотрения дел в конфликтах гражданина и государства?

— Члены профильной рабочей группы Конституционной комиссии много дискутировали относительного того, как нужно усовершенствовать конституционный принцип распространения юрисдикции судов на все правоотношения. Какая нормотворческая формулировка, на ваш взгляд, наиболее оптимальна для того, чтобы, с одной стороны, разгрузить суды, а с другой — не ограничить доступ граждан к правосудию?

— По данному вопросу мнение рабочей группы было единым: все согласны, что такая формулировка части 2 статьи 125 Конституции неудачна. 20 лет назад, когда необходимо было усилить роль судов в защите прав человека, снизить уровень вмешательства административных органов в частную жизнь, перейти от рассмотрения споров в порядке подчиненности к судебным процедурам, этот принцип был своевременным и общественно необходимым. Но в настоящее время стало понятно, что данный принцип гипертрофируется, его значение преувеличивается. Суды подменяют собой иные органы, вследствие чего последние не выполняют возложенных на них функций. Я как адвокат неоднократно сталкивался с ситуацией, когда орган исполнительной власти, скажем управление пенсионного фонда, при принятии несложного управленческого решения ссылается на совершенно незначительные неточности в документации и предлагает: «А вот вы обратитесь в суд — пусть суд решит, а тогда мы все сделаем». Эта и другие подобные ситуации перегружают суды, эффективность их работы и качество судебных решений снижается. Проблемой стало также и то, что в суды рассматривают множество мелочных споров, которые вполне можно решить с применением досудебных процедур и внесудебных способов урегулирования правовых конфликтов и разногласий.

Ясно, что юрисдикция судов распространяется не на все правоотношения, существующие в государстве. По крайней мере, юрисдикция судов не распространяется на правоотношения, существующие в законотворческом процессе, а также в процессе выполнения органами исполнительной власти их нормотворческих функций.

В ходе обсуждения высказывалось мнение о том, чтобы вообще исключить из текста Конституции эту фразу, но не было поддержано большинством, поскольку на конституционном уровне необходимо указание на предмет деятельности судебной власти, а указания в статье 55 Конституции на то, что права и свободы защищаются судом, недостаточно.

Пришли к выводу, что юрисдикция судов распространяется на правовые споры и иные правовые вопросы в соответствии с законом. Кроме того, рабочая группа согласилась с предложением закрепить в Конституции возможность установления на уровне закона обязательного досудебного урегулирования спора.

И, конечно же, все согласны с тем, что недопустимо ограничивать доступ граждан к правосудию.

 

Источник: Юридическая практика http://pravo.ua/news.php?id=0048373

Форма зворотнього зв’язку

Дякуємо, що приєдналися!